Азазель - Борис Акунин (2006)

Азазель
Столица, 1876 время. Во Царскосельском саду в наблюдениях около прогуливающей общества заканчивает жизнедеятельность самоубийством юный индивид. Обстановка делается еще наиболее спутанной уже после свидетельств очевидцев, какие, равно как оказалось, во данный период представляли еще 1-го человека, пробовавшего уничтожить себе. Двадцатилетний Фандорин, который может также обворожительный дьяк Розыскного отделы, приступает следствие. Ему ожидает узнать, по какой причине 2 юных лица поднесли ко виску пистолет также выпустили гашетка? По Какой Причине во барабане был в целом только единственный командир? Также при этом тут безнравственный посланник Сатана?Во первый день недели 13 мая 1876 годы во 3-ем времени после полудня, во период согласно-вешнему чистый также согласно-летнему утепленный, во Царскосельском саду, в наблюдениях около множественных очевидцев, произошло отвратительное, буква во которые граница никак не укладывающееся инцидент.Согласно аллейкам, из числа расцветающих кустов сирени также горящих рубиновыми цветками клумб ходила наряженная аудитория – женщины около узорчатыми (чтобы исключить веснушек) зонтами, бонны со ребенком во краснофлотских костюмах, тоскующего типа молодое поколение общество во популярных шевиотовых сюртуках или во кратких в британский лад пиджаках.

Азазель - Борис Акунин читать онлайн бесплатно полную версию книги

– На деньги этого никчемного прожигателя жизни я воспитаю для России и мира тысячи светлых голов. Ничего не поделаешь, мой мальчик, не я устроила этот жестокий мир, в котором за все нужно платить свою цену. По-моему, в данном случае цена вполне разумна.

– Ну, а смерть Ахтырцева?

– Во-первых, он слишком много болтал. Во-вторых, чрезмерно досаждал Амалии. А в-третьих, – вы же сами говорили Ивану Бриллингу: бакинская нефть. Никто не сможет опротестовать написанное Ахтырцевым завещание, оно осталось в силе.

– А риск полицейского расследования?

– Ерунда, – пожала плечом миледи. – Я знала, что мой милый Иван все устроит. Он с детства отличался блестящим аналитическим умом и организаторским талантом. Какая трагедия, что его больше нет… Бриллинг устроил бы все идеальным образом, если б не один чрезвычайно настырный юный джентльмен. Нам всем очень, очень не повезло.

– Постойте-ка, миледи, – наконец-то додумался насторожиться Эраст Петрович. – А почему вы со мной так откровенны? Неужто вы надеетесь перетянуть меня в свой лагерь? Если б не пролитая кровь, я был бы целиком на вашей стороне, однако же ваши методы…

Леди Эстер, безмятежно улыбнувшись, перебила:

– Нет, друг мой, я не надеюсь вас распропагандировать. К сожалению, мы познакомились слишком поздно – ваш ум, характер, система моральных ценностей успели сформироваться, и теперь изменить их почти невозможно. А откровенна я с вами по трем причинам. Во-первых, вы очень смышленый юноша и вызываете у меня искреннюю симпатию. Я не хочу, чтобы вы считали меня чудовищем. Во-вторых, вы совершили серьезную оплошность, отправившись с вокзала прямо сюда и не известив об этом свое начальство. Ну а в-третьих, я не случайно усадила вас в это крайне неудобное кресло с так странно изогнутой спинкой.

Она сделала рукой какое-то неуловимое движение, и из высоких подлокотников выскочили две стальных полосы, намертво приковав Фандорина к креслу. Еще не осознав случившегося, он дернулся встать, но не смог даже толком пошевелиться, а ножки кресла будто приросли к полу.

Миледи позвонила в колокольчик, и в ту же секунду вошел Эндрю, словно подслушивал за дверью.

– Мой славный Эндрю, пожалуйста, поскорее приведи профессора Бланка, – приказала леди Эстер. – По дороге объясни ему ситуацию. Да, и пусть захватит хлороформ. А Тимофэю поручи извозчика. – Она печально вздохнула. – Тут уж ничего не поделаешь…

Эндрю молча поклонился и вышел. В кабинете повисло молчание: Эраст Петрович пыхтел, барахтаясь в стальном капкане и пытаясь извернуться, чтоб достать из-за спины спасительный «герсталь», однако проклятые обручи прижали так плотно, что от этой идеи пришлось отказаться. Миледи участливо наблюдала за телодвижениями молодого человека, время от времени покачивая головой.

Довольно скоро в коридоре раздались быстрые шаги, и вошли двое: гений физики профессор Бланк и безмолвный Эндрю.

Мельком взглянув на пленника, профессор спросил по-английски:

– Это серьезно, миледи?

– Да, довольно серьезно, – вздохнула она. – Но поправимо. Конечно, придется немного похлопотать. Я не хочу без нужды прибегать к крайнему средству. Вот и вспомнила, что вы, мой мальчик, давно мечтали об эксперименте с человеческим материалом. Похоже, случай представился.

– Однако я еще не вполне готов работать с человеческим мозгом, – неуверенно сказал Бланк, разглядывая притихшего Фандорина. – С другой стороны, было бы расточительством упускать такой шанс…

– В любом случае нужно его усыпить, – заметила баронесса. – Вы принесли хлороформ?

– Да-да, сейчас. – Профессор достал из вместительного кармана склянку и обильно смочил из нее носовой платок. Эраст Петрович ощутил резкий медицинский запах и хотел было возмутиться, но Эндрю в два прыжка подскочил к креслу и с невероятной силой обхватил узника за горло.

– Прощайте, бедный мальчик, – сказала миледи и отвернулась.

Перейти
Наш сайт автоматически запоминает страницу, где вы остановились, вы можете продолжить чтение в любой момент
Оставить комментарий